Погибшие подводные лодки

За 110 лет истории подводных сил России (1906-2016 гг.) в результате боевых действий, аварийных происшествий, повлекших за собой полное (конструктивное) разрушение корабля, погибло 149 подводных лодок.

В международно-правовом контенте «…подводное культурное наследие – это следы человеческого существования, имеющие культурный, исторический или археологический характер, которые частично или полностью, периодически или постоянно находятся под водой на протяжении не менее 100 лет…, такие как … суда, летательные аппараты, другие транспортные средства или любые их части, их груз или другое содержимое, вместе с их археологическим и природным окружением… » [1].

Объектами подводного культурного наследия России могут являться и погибшие подводные лодки. Первая подводная лодка погибла в 1909 г., в годы первой мировой войны погибло 14 подводных лодок, в годы Гражданской войны – 12 ПЛ, в предвоенные годы – 5 подводных лодок, в Советско-финскую войну – 1 подводная лодка, в Великую Отечественную войну – 102 ПЛ, в послевоенные годы – 14 подводных лодок.

Раскрыть все случаи гибели отечественных подводных лодок в рамках журнальной статьи представляется сложным. Рассмотрим лишь некоторые из них, разнося по морям России.

Наибольшее число – 62 погибших подводных лодки покоится на дне Балтийского моря. Из них в годы первой мировой войны погибло 11 ПЛ, в предвоенные годы – 2 ПЛ, в Советско-финскую войну – одна ПЛ, в Великую Отечественную войну – 46 ПЛ и в послевоенные годы – две подводные лодки.

Первой русской подводной лодкой, погибшей в боевых действиях, стала ПЛ «Акула», пропавшая без вести в 1915 г. И только почти 100 лет спустя, в 2014 г., она была обнаружена компанией «Deep Explorer» (Эстония) у западного побережья о-ва Хийумаа. Носовая часть лодки оторвана и лежит в 20 м за кормой. Причиной гибели считается подрыв на мине в надводном положении. Правительством Эстонии погибшая ПЛ «Акула» признана историческим объектом и взята под охрану государства [2].

Жертвой первой мировой войны на Балтике стала и подводная лодка «Сом». Это вторая боевая ПЛ в русском флоте, участвовавшая в двух войнах на трех морях. Начав боевую службу на Тихом океане, лодка приняла участие в Русско-японской войне, выполнив первую боевую атаку против вражеских кораблей. С началом первой мировой войны ПЛ «Сом» была перевезена на Черное море, где обеспечивала оборону водного района Одессы, а затем в 1915 г. лодка была перевезена на Балтику. Судьбой было определено, что «Сом» стал и второй русской подводной лодкой, погибшей в результате боевых действии. Летом 2015 г. лодка была обнаружена и обследована шведской фирмой «Ocean X-Team». Сейчас обсуждаются перспективы подъема легендарной ПЛ.

Другими затонувшими памятниками первой мировой войны на Балтике стали подводные лодки «Барс», «Львица», «Гепард», «Единорог» и пять подводных лодок типа «АГ» («Американский Голланд»).

В Великую Отечественную войну погибло 46 балтийских подводных лодок. Печальный список открыла ПЛ «М-78», торпедированная немецкой «U-144» на второй день войны, затем последовали шесть ПЛ, взорванных в Либаве при угрозе захвата немецкими войсками, «С-3» и др. Всего в боевых действиях 1941 г. погибли 19 ПЛ, в 1942 г. – 12, в 1943 г. – 5, в 1944 и 1945 гг. – по одной ПЛ.

В водах Черного моря погибло 42 подводных лодки отечественного ВМФ. В их числе «Камбала», первая ПЛ, потерянная русским флотом. В годы первой мировой войны погибла одна ПЛ, во время Гражданской войны – 12 ПЛ, в годы Великой Отечественной войны – 28 подводных лодок.

Единственной подводной лодкой, потерянной Россией в годы первой мировой на Черном море, стала ПЛ «Морж». Выйдя в 1917 г. в поход к турецким берегам, ПЛ «Морж» пропала без вести, унеся с собой жизни 42 подводников. В августе 2000 г. в Черном море у входа в Босфор в месте с координатами 410 22’ 45” с. ш., 290 15’ 81” в. д. на глубине 90 м была обнаружена подводная лодка с характерными конструктивными признаками, свойственными ПЛ «Морж», и разрушенной кормой. Считается, что причиной гибели ПЛ стал подрыв на мине.

Массовая гибель подводных лодок Черноморского флота в Гражданскую войну связана с затоплением англо-французскими интервентами 12 ПЛ под Севастополем и Одессой в 1919 году. Большинство из них было поднято легендарным ЭПРОНом (Экспедиция подводных работ особого назначения) в 1920-1930 гг., а «Лебедь», «Гагара», «Кашалот», «Нарвал» и «Скат» покоятся в Черном море до сих пор.

В Великую Отечественную войну погибло 28 черноморских подводных лодок. Из них в 1941 г. – семь ПЛ, в 1942 г. – 13, в 1943 г. – три и в 1944 г. – пять.

В североморских водах погибли 32 подводных лодки, из них в первую мировую войну – две, в предвоенные годы – две, в годы Великой Отечественной войны – 23 и в послевоенное время – пять ПЛ.

Практически все подводные лодки погибли в глубоководных районах. Особый интерес, по нашему мнению, представляет поиск подводной лодки № 2, затонувшей в 1917 г. Первоначально эта небольшая (водоизмещение 33,1 т) ПЛ предназначалась для обороны балтийских баз, но в 1915 г. она была перевезена в Архангельск. В сентябре того же года ПЛ № 2 при переходе в Кольский залив была сорвана с буксира и потеряна. Обнаружили лодку весной следующего года в полузатопленном состоянии на отмели Святоносского залива. После её обследования от восстановления ПЛ отказались и оставили корпус на месте крушения [3]. Сведений о подъеме данной лодки в последующие годы нами не обнаружено.

На тихоокеанском ТВД

В дальневосточных морях России и на Тихом океане погибло 11 подводных лодок, из которых одна потерпела крушение в 1935 г., пять – погибли в годы второй мировой войны и пять – в послевоенные годы. Практически все эти подводные лодки погибли в акваториях с большими глубинами или были подняты впоследствии. Однако дальневосточному региону свойственны свои особенности поиска подводных лодок.

Как известно, первое боевое соединение ПЛ русского ВМФ было сформировано во Владивостоке в годы Русско-японской войны. К 1914 г. часть подводных лодок («Форель», «Осетр», «Кефаль», «Бычок», и «Плотва») была выведена из боевого состава и передана в порт на хранение. О дальнейшей судьбе данных подводных лодок ничего не известно. Возможно, их продали на металлом, а может быть они со временем затонули где-то в черте Владивостока. Несколько ранее, в 1908 г., в Николаевске-на-Амуре сдали в порт малую (8 т) ПЛ «Кета», которая так же «потерялась в истории»…

Косвенным подтверждением данной гипотезы является факт нахождения корпуса подводной лодки типа «Щ» на территории Владивостокского «Дальзавода». В 1950-1960 гг. при расширении инфраструктуры корпус лодки был закопан и использовался как цистерна для мазута заводской ТЭЦ. При очередном расширении территорий в 2012 г. конструкции «щуки» были «раскопаны» и порезаны на лом.

Интересен, но документально слабо подтвержден, случай гибели якобы советской подводной лодки в Корейской войне. В 2008 г. «Российская газета» сообщила о потоплении в 1951 г. американскими эсминцами неизвестной ПЛ у корейского побережья в Желтом море. Обследование южнокорейскими ВМС потопленной подлодки определило ее как ПЛ типа «М» советской постройки [4]. Однако каких-либо официальных или иных подтверждений этому не последовало.

Обобщенные данные о современном состоянии погибших отечественных подводных лодок представлены в таблице 1.

Таблица 1. Сводные данные о погибших подводных лодках России [5]

Погибшие подводные лодки

Как следует из приведенных данных, из 149 погибших подводных лодок поднято 39 ПЛ, частично подняты – две ПЛ («Камбала» и «К-129», кормовые конструкции которых остались на месте крушения); найдено и обследовано 39 ПЛ; обнаружены, но данные об обследовании не опубликованы (не известны) – шесть подводных лодок; обнаружены и обследованы 39 ПЛ; не найдены, хотя причины и район их гибели известны – 23 ПЛ; пропали без вести 40 подводных лодок.

Правовая сторона вопроса

Погибшие подводные лодки России, как и погибшие подводные лодки других стран, обладают собственным правовым статусом. Общепризнанно, что на погибшую подводную лодку распространяется юрисдикция государства, которому принадлежала ПЛ в момент гибели. Это определяет и право собственности – затонувшая подводная лодка является собственностью государства вне зависимости от срока давности.

Общепризнанно, что погибшая подводная лодка – это воинское захоронение, в котором погребены военнослужащие. Статус воинского захоронения устанавливается государством официально (из 39 найденных и обследованных погибших подводных лодок России воинским захоронением не объявлена ни одна ПЛ. На 149 погибших подводных лодках России вечный покой нашли 4 759 человек). Данные положения предопределяют правило – ни одно иностранное государство, физическое или юридическое лицо не вправе без согласования с государством флага затонувшей подводной лодки проводить какие-либо работы на такой ПЛ.

Правила и процедуры деятельности, направленной на сохранение объектов подводного культурного наследия, к которым могут быть отнесены и погибшие ПЛ, определены международной «Конвенцией об охране подводного культурного наследия», принятой ООН в 2001 г. и вступившей в силу восемь лет спустя. По состоянию на декабрь 2016 г. данная конвенция не была ратифицирована Российской Федерацией, хотя определенная работа в этом направлении ведется.

Формально большинство погибших подводных лодок России не могут быть причислены к объектам подводного культурного наследия в силу малых отрезков времени, прошедших с момента их гибели. Исключением являются те ПЛ, после гибели которых прошло 100 и более лет. В 2017 г. этому критерию будет соответствовать семь российских подводных лодок («Камбала», погибшая в 1909 г., «Акула» (1915 г.), «Сом» (1916 г.), «Барс», «Львица», «АГ-14», «Гепард» и «Морж» (все в 1917 г.) из 149 погибших.

В то же время это формальное несоответствие погибших подводных лодок России определению объекта подводного культурного наследия, не запрещает проводить работу с ними в рамках принципов, установленных Конвенцией. Базовым принципом деятельности является обеспечение сохранности затонувшей подводной лодки в состоянии «in situ» (с лат. – «на своем месте»), до разрешения любой, связанной с ней деятельности.

Другой принцип: «извлеченное подводное культурное наследие помещается на хранение, консервируется, и управление им осуществляется таким образом, который обеспечивает его долговременное сохранение» – предполагает, что в случае подъема подводной лодки или ее конструктивных элементов должны быть заранее созданы условия для обеспечения его сохранности. Данный принцип актуален в настоящее время, когда обсуждаются перспективы подъема подводной лодки «Сом». Очевидно, что подъем данной ПЛ не самоцель, а первый шаг на пути длительного процесса восстановления корабля и превращение его в мемориальный комплекс. Все это требует соответствующего государственного подхода и соответствующих ресурсов. Такой подход подкрепляется правилом «Конвенции…» – «до начала любой деятельности, направленной на подводное культурное наследие, готовится проектная документация, представляемая компетентным ведомствам для получения разрешения и соответствующей экспертной оценки».

«Конвенция об охране подводного культурного наследия» не препятствует исследовательской деятельности на затонувших подводных лодках, устанавливая следующие правила:

– поощряется ответственный и безвредный доступ с целью наблюдения или документирования «in situ» подводного культурного наследия в целях информирования общественности о наследии, осознания ценности и охраны наследия, за исключением случаев, когда такой доступ не совместим с его охраной и управлением;

– подводное культурное наследие не должно эксплуатироваться в коммерческих целях;

– должно быть обеспечено «должное уважение ко всем человеческим останкам, находящимся в морских водах» [1].

«Конвенцией ООН по морскому праву» установлены международно-правовые нормы разграничения пространства Мирового океана. В соответствии с этим «Конвенцией об охране подводного культурного наследия» установлен порядок проведения работ и порядок межгосударственного сотрудничества с объектами подводного культурного наследия в зависимости от его нахождения в том или ином водном пространстве. В частности, во внутренних архипелажных и территориальных морях, в пространствах исключительной экономической зоны и на континентальном шельфе, разрешение на поиск и подъем объектов культурного наследия дается государством, в чьей юрисдикции находятся данные воды. Предусмотрено привлечение к таким работам иных государств, обязательное в тех случаях, когда их собственность на объект подводного культурного наследия очевидна. Так, деятельность на подводной лодке «Сом» предусматривает организацию сотрудничества России, как собственника погибшего имущества, со Швецией, в водных пространствах которой затонула подводная лодка.

Работа с объектами подводного культурного наследия в международных водах (в пространстве дна морей и океанов, находящихся вне национальной юрисдикции, поименованных в «Конвенции об охране подводного культурного наследия» как «район») отнесена к компетенции сотрудничества государств-участников «Конвенции об охране подводного культурного наследия». При этом четко определено: «Никакое государство-участник не осуществляет и не разрешает деятельность, направленную на государственное судно, без согласия государства флага».

Современное состояние работ по поиску погибших ПЛ

На сегодняшний день поиск и обследование погибших подводных лодок России находится, по нашему мнению, в позитивном состоянии. Наибольшее число обнаруженных и обследованных погибших подводных лодок приходится на Балтийское море – 26 подводных лодок (60,4% от общего числа ПЛ, оставшихся на месте гибели в этом море). Это обусловлено сравнительно небольшими глубинами затопления ПЛ, благоприятными условиями для поиска и вовлеченностью в эти работы поисковых групп различных стран – российской экспедиции «Поклон кораблям Великой Победы», других российских поисковых групп, поисковых групп Финляндии, Швеции, Эстонии, Латвии.

В Черном море из 31 подводной лодки, упокоившейся на месте гибели, найдено и обследовано 9 ПЛ, идентифицированы на месте крушения, но не обследованы (сведения не опубликованы) – 5, известны места гибели 9 подводных кораблей. Специфика североморского и тихоокеанского морских театров (глубины, сложные климатические условия, большой пространственный размах и т.д.) объективно препятствует проведению поиска погибших подводных лодок и результативности этих работ.

Работа подводных исследователей направлена на обнаружение и внешнее обследование погибшей ПЛ, что позволяет ее идентифицировать и определить современное состояние. Как правило, итоговым результатом работы подводных исследователей становится установление мемориальной доски.

В открытом информационном пространстве практически не встречаются точные координаты местонахождения погибших ПЛ. Это препятствует массовому доступу к погибшей подводной лодке, несанкционированной деятельности «энтузиастов» и, тем самым, способствует ее сохранению «in situ». Гуманистический результат деятельности подводных исследователей недооценить невозможно. Это не только поиск и обследование погибшей ПЛ, как реального или потенциального объекта подводного культурного наследия, но увековечивание памяти. Каждая погибшая подводная лодка, каждый погибший подводник имеют право на людскую память и почтение соотечественников.

Литература

1. Конвенция об охране подводного культурного наследия. От 2.11.2011 г. «Организация объединенных наций. Конвенции и соглашения»: www.un.org/ru/documents/decl_conv/conventions/underwater_heritage.shtml

2. На дне Балтийского моря найдена русская подводная лодка «Акула». Форум поисковых движений. forum.patriotcenter.ru/ index.php?topic = 55483.0

3. Русские подводные лодки. История создания и использования. 1834-1923 гг. Научно-исторический справочник. Том I, часть 2 / Кучер В.А., Мануйлов Ю.В., Семенов В.П. – СПб.: ЦКБ МТ«Рубин», I ЦНИИ МО РФ (кораблестроения ВМФ), 1994. – С. 55.

4. Эхо незаконченной войны Российская газета rg.ru/2008/09/29/korea-lodka-anons.html

5. Ведерников Ю.В. В глубинах вод: погибшие подводные лодки России. Рукопись. – СПб.: Музей истории развития подводных сил России им. А.И. Маринеско, 2017.

Автор – Юрий Владимирович Ведерников

Справка

Юрий Владимирович Ведерников служил на Тихоокеанском флоте/ Ведущий специалист по истории русского мореплавания и кораблекрушений на Тихом океане. Автор пяти монографий. Статьи по проблематике современных зарубежных военно-морских сил опубликованы в журналах Японии, Китая, Швеции, Индии. Действительный член Русского географического общества, участник и организатор нескольких экспедиций по поиску затонувших кораблей и судов на Дальнем Востоке России. С 2016 г. с.н.с. СПбГБУК “Музей истории подводных сил России им. А.И. Маринеско”

Просмотров: 1

 

Добавить комментарий

Яндекс.Метрика Top.Mail.Ru